БИБЛИОТЕКА СОВРЕМЕННОЙ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

сто первый километр
русской литературы



Главная > Драматургия

Константин Костенко


"Чайка" А.П.Чехова (remix)

 

текст опубликован:

майские чтения #7

(В ходе работы использовались материалы журнала “Товары и услуги”, УК РФ, другие драматические произведения А. П. Чехова)

 
Действующие лица.
 
Сорин – пожилой человек.
Треплев – молодой человек.
Портрет Чехова.


ЧАСТЬ 1
 

 
Комната. В комнате – грубо сколоченный стол, к нему придвинут стул со спинкой. На столе – стеклянная банка с полевыми цветами, графин с водой и стакан, блюдце с пирожком. В углу комнаты – пустая вешалка. На лицевой стене висит Портрет Чехова с мобильной нижней челюстью. Рядом, направленное дулом к портрету, висит ружье. Там же – афиша. “А. П. Чехов “Чайка” (Комедия)”. Ближе к залу, перед столом стоит кресло, покрытое пледом; на кресле - книга. Справа входят Сорин и Треплев (голова Треплева обмотана белой повязкой).
За сценой слышен стук молотка по свежей древесине и назойливое туберкулезное покашливание.

 

 
СОРИН (опираясь на трость). Мне, брат, в деревне как-то не того, и, понятная вещь, никогда я тут не привыкну. Вчера лег в десять и сегодня утром проснулся в девять с таким чувством, как будто от долгого спанья, у меня мозг прилип к черепу и все такое. (Смеется.) А после обеда нечаянно опять уснул, и теперь весь разбит, испытываю кошмар, в конце концов...
ТРЕПЛЕВ. Правда, тебе нужно жить в городе.
СОРИН. Великолепно!
ТРЕПЛЕВ. Вырваться ей из дому так же трудно, как из тюрьмы. (Поправляет Сорину галстук.) Голова и борода у тебя взлохмачены. Надо бы постричься, что ли...
 

 
Стук и кашель постепенно стихают.
 

 
СОРИН (трогая бороду). У меня нет бороды! С чего ты взял?.. Трагедия моей жизни. У меня и в молодости была такая наружность, будто у меня борода. Меня никогда не любили женщины. (Садится в кресло, кладет книгу на колени.)
ТРЕПЛЕВ. Нужны новые формы. Новые формы нужны, а если их нет, то лучше ничего не нужно. (Смотрит на часы.)
СОРИН (смеется. Треплеву). Глазки, кажется, заплаканы... Ге-ге! Нехорошо!
ТРЕПЛЕВ. Мы одни.
СОРИН. Он хотел доставить тебе удовольствие?
 

 
За сценой слышен обрывок меланхоличного вальса (mix).
 

 
ТРЕПЛЕВ. Но все-таки я поеду. Я должен поехать.
СОРИН. Останьтесь!
ТРЕПЛЕВ. Скажите ей, что я уехал. И прошу вас всех, оставьте меня в покое! Оставьте! Не ходите за мной!
 

 
За сценой слышен стук молотка, но без кашля.
 

 
СОРИН (смеется.) Вам хорошо рассуждать. Вы пожили на своем веку, а я? Вы сыты и равнодушны, и потому имеете наклонность к философии, я же хочу жить, и потому, пью за обедом херес, и курю сигары, и все. Вот и все.
ТРЕПЛЕВ. Скоро таким же образом я убью самого себя.
СОРИН. Зачем?
ТРЕПЛЕВ. Ваша жизнь прекрасна?
СОРИН. Как тебе сказать? Были и другие причины. Понятная вещь, человек молодой, умный, живет в деревне, в глуши, без денег. Без положения, без будущего.
 

 
За сценой – тишина.
 

 
ТРЕПЛЕВ. Вам хорошо смеяться. Денег у вас куры не клюют.
СОРИН (с горькой досадой, вполголоса). Глаза бы мои тебя не видели!
ТРЕПЛЕВ (Сорину). Перемени мне повязку. Ты это хорошо делаешь.
СОРИН. Ну, начинается философия. О, что за наказание! Где сестра?
ТРЕПЛЕВ. Что-с?.. Должно быть, здорова.
СОРИН. Прелестная, говорю, была девушка. Действительный статский советник Сорин был даже в нее влюблен некоторое время.
 

 
За сценой – обрывок меланхоличного вальса (mix).
 

 
ТРЕПЛЕВ (принимая книгу от Сорина). Благодарю вас. Вы очень любезны. (Садится за стол.)
СОРИН. Прелестная была девушка.
ТРЕПЛЕВ. Не хорошо, если кто-нибудь встретит ее в саду и потом скажет маме. Это может огорчить маму...
 

 
За сценой – стук молотка.
 

 
СОРИН. Вы рассуждаете, как сытый человек. Вы сыты и потому равнодушны к жизни, вам все равно. Но умирать и вам будет страшно.
ТРЕПЛЕВ. Все глупости. Безнадежная любовь – это только в романах.
 

 
За сценой – тишина.
 

 
СОРИН. Какой упрямец. Поймите, жить хочется!
ТРЕПЛЕВ. Останьтесь. Я дам вам поужинать... Вы похудели, и у вас глаза стали больше.
СОРИН. Какой упрямец!
ТРЕПЛЕВ. Почему Генуя?
СОРИН. Вот хочу дать Косте сюжет для повести. Она должна называться так. “Человек, который хотел”.
 

 
За сценой – покашливание.
 

 
ТРЕПЛЕВ. Зачем в Елец?
СОРИН. Именно. А ночью на спине.
 

 
За сценой – тишина.
 

 
ТРЕПЛЕВ. Однако, когда ему доложили, что я собираюсь вызвать его на дуэль, благородство не помешало ему сыграть труса.
СОРИН (Треплеву). Оборвыш!
 

 
За сценой – стук молотка.
 

 
ТРЕПЛЕВ (Сорину). Скряга!
СОРИН. Декадент!
ТРЕПЛЕВ. Ничтожество!
 

 
За сценой – покашливание.
 

 
СОРИН. Замужем?
 

 
Покашливание за сценой делается громче.
 

 
ТРЕПЛЕВ. Я талантливее всех вас, коли на то пошло! (Срывает с головы повязку.) Вы, рутинеры, захватили первенство в искусстве и считаете законным и настоящим лишь то, что делаете вы сами, а остальное вы гнете и душите! Не признаю я вас! Не признаю ни тебя (Сорину), ни его! (Смотрит на портрет Чехова.)
 

 
За сценой – тишина.
 

 
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА. Вы опят хотите сглазить меня, скучный человек!
СОРИН (Треплеву). Счастливы?
ТРЕПЛЕВ. Давно.
СОРИН. А ты, Костя?
ТРЕПЛЕВ. Не спеши.
СОРИН. Но ведь есть другие лошади... ( Машет рукой.)
ТРЕПЛЕВ. Нет, завтра же думаю в Москву. Надо.
СОРИН. Ставка – гривенник. Поставьте за меня, доктор.
ТРЕПЛЕВ. Ведь всего только шесть верст... Прощай... (Целует Сорину руку.) Я бы никого не беспокоил, но ребеночек... (Кланяется.) Прощайте...
СОРИН. Что это вы все хвораете? Нехорошо! Надолго к нам?
ТРЕПЛЕВ. Прости, что-то не хочется... Я пройдусь. (Берет книгу, уходит.)
 

 
За сценой – обрывок вальса (mix).
 

 
СОРИН (вслед уходящему). Вот идет истинный талант; ступает, как Гамлет, и тоже с книжкой. Тара... ра... бумбия... сижу на тумбе я...
 

 
Ружье, которое висит на стене, стреляет. Сорин вздрагивает.
 

 
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА. Двадцать шесть!
СОРИН. Как темно! Не понимаю, отчего я испытываю такое беспокойство.
 

 
За сценой – покашливание.
 

 
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА. Тридцать четыре!
СОРИН (Портрету). Вы таинственны, как Железная маска.
 

 
За сценой – тишина.
 

 
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА. Вы опять хотите сглазить меня, скучный человек!
СОРИН (идет к столу, садится на стул. Портрету). Зачем вы говорите, что целовали землю, по которой я ходил? Меня надо убить. (Склоняется к столу.) Я так утомился! Отдохнуть бы... отдохнуть! (Поднимает голову.) Я – чайка... Не то. Я – актриса. Ну, да! (Прислушивается, потом бежит к левой двери и смотрит в замочную скважину.) И он здесь... (Возвращается.) Ну да... Ничего... Да... Он не верил в театр, все смеялся над моими мечтами в сочетании темно-орехового топа и оригинальных деталей, и мало-помалу я тоже перестал верить и пал духом... А тут заботы любви, ревность, постоянный страх за разнообразие элементов, цвет магнолии в сочетании с теплым орехом, поставка со склада в Хабаровске за три дня... (За сценой – стук молотка и покашливание.) Формируя кухонный интерьер, я стал мелочным, ничтожным, играл бессмысленно... Я не знал, что делать с руками, не умел стоять на сцене, не владел голосом. В относительно старых моделях пяти-восьмилетней давности эта проблема решалась путем выпуска разновысотных баз и шкафов. Вы не понимаете этого состояния, когда для вас могут изготовить необходимый для вашей планировки угол или базовый шкаф, стол, полочку. Я – чайка. Нет, не то... (Трет себе лоб.) О чем я?.. Я говорю о сцене. Теперь уж я не так... Я уже настоящая актриса, я играю с наслаждением, с восторгом формируя кухонный интерьер, (За сценой – обрывок вальса (mix).) я чаще всего пытаюсь преодолеть недостатки планировки, пьянею на сцене и чувствую себя прекрасной. А теперь, пока живу здесь, я все хожу пешком, все хожу и думаю, думаю и чувствую, как с каждым днем растут мои вопросы подбора и размещения техники... (За сценой – стук молотка.) Я теперь знаю, понимаю, Костя, что в нашем деле – все равно, где я возьму хомуты, – главное ведь все кончится тем, что эта старая баба Петр Николаевич и его сестра попросят у него извинения. Вот увидите!.. (Тоном ниже, вполголоса, портрету.) Уведите отсюда куда-нибудь Ирину Николаевну. Дело в том, что Константин Гаврилович застрелился... (Встает.) Я пойду. Прощайте. Когда я стану большой актрисой, приезжайте взглянуть на меня. Обещаете? А теперь... Я еле на ногах стою... (За сценой – кашель.) я истощен, мне хочется есть... Хотя все эти проблемы исчезнут, если просто грамотно с помощью дизайнера выбрать кухонную мебель. Салон Кухни-2000 ждет вас по адресу проспект Первостроителей, 21, в помещении Выставочного Зала Союза Художников, тел. 3-33-40.
 

 
Сорин идет к выходу. Навстречу ему выходит Треплев; в руке у него труп птицы. За сценой – тишина.
 

 
ТРЕПЛЕВ (ошалевшему Сорину). Тихий ангел пролетел.
СОРИН (Треплеву). Красное вино и пиво для Бориса Алексеевича ставьте сюда, на стол. Мы будем играть и пить. Давайте садиться, господа.
ТРЕПЛЕВ (вполголоса, Сорину.) Уведите отсюда куда-нибудь Ирину Николаевну. Дело в том, что Константин Гаврилович застрелился... Вы одни здесь?
СОРИН. Одна.
 

 
Треплев кладет у его ног чайку.
 

 
СОРИН. Что это значит?
ТРЕПЛЕВ. Я имел подлость убить сегодня эту чайку. Кладу у ваших ног.
 

 
За сценой – звуки самисэна.
 

 
СОРИН. Я вас не узнаю.
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА. Чудный мир! Как я завидую вам, если бы вы знали!
ТРЕПЛЕВ (берет со стола пирожок, кормит им портрет Чехова. Говорит с ним).. Вы только что сказали, что слишком просты, чтобы понимать меня. Ваше охлаждение страшно, невероятно, точно я проснулся.
 

 
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА (откусив полпирожка). Ваша жизнь прекрасна!
ТРЕПЛЕВ. Агамемнон я, что ли! (Оба улыбнулись.)
СОРИН (вполголоса). Уведите отсюда куда-нибудь Ирину Николаевну. Дело в том, что Константин Гаврилович застрелился...
ТРЕПЛЕВ (Сорину). Лошади мои стоят у калитки. Не провожайте, я сам дойду... (Сквозь слезы.) Дайте воды...
СОРИН (наливает воды в стакан, дает ему напиться). Вы куда теперь?
ТРЕПЛЕВ. В город. (Пауза. За сценой – тишина.) Ирина Николаевна здесь?
СОРИН. Да... В четверг дяде было нехорошо, мы ей телеграфировали, чтобы она приехала.
ТРЕПЛЕВ. Уведите отсюда куда-нибудь Ирину Николаевну. Дело в том, что Константин Гаврилович застрелился...
СОРИН. И пускай.
 

 
За сценой – стук молотка.
 

 
ТРЕПЛЕВ. Вот мы с тобою почти ссоримся из-за него, а он теперь где-нибудь в гостиной или в саду смеется над нами... развивает любовь провинциальной девочки.
СОРИН. Две балерины жили тогда в том же доме, где мы... Ходили к тебе кофе пить...
ТРЕПЛЕВ. Это зависть. Людям не талантливым, но с претензиями, ничего больше не остается, как поехать за границу, что ли... Это ведь не дорого стоит?..
 

 
За сценой – кашель.
 

 
СОРИН. Вы все сговорились сегодня мучить меня!
ТРЕПЛЕВ. Ты с ума сошел!
СОРИН. Это зависть.
 

 
За сценой – тишина.
 

 
ТРЕПЛЕВ (подымает труп птицы. Сорину). Ваш заказ.
СОРИН (глядя на чайку). Не помню! (Подумав.) Не помню!
ТРЕПЛЕВ. Я пройдусь. (Собирается уйти.)

 
СОРИН (вслед уходящему). А у нас, Борис Николаевич, осталась ваша вещь.
ТРЕПЛЕВ (уходя). Что же делать!
 

 
Треплев уходит.
 

 
СОРИН (Портрету). Для тебя наслаждение говорить мне неприятности. Я уважаю этого человека и прошу при мне не выражаться о нем дурно.
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА. Как все нервны! Как все нервны! И сколько любви... О, колдовское озеро! (Нежно.) Но что же я могу сделать, дитя мое? Что? Что?
СОРИН. Мне пятьдесят пять лет. А жалованья всего двадцать три рубля. Ведь есть и пить надо? Чаю и сахару надо? Табаку надо? Вот тут и вертись.
 

 
За сценой – обрывок вальса (mix).
 

 
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА. Не мучай меня, Борис... Мне страшно...
 

 
Входит Треплев с чайкой в руке.
 

 
ТРЕПЛЕВ. Вы одни здесь?
СОРИН. Что это значит?
ТРЕПЛЕВ. Чтобы узнать, как чувствует себя известный талантливый писатель, я имел подлость убить сегодня эту чайку.
СОРИН. А я хотел бы побывать на вашем месте.
ТРЕПЛЕВ. Зачем?
СОРИН. Вы заработались, и у вас нет времени и охоты осознать свое значение. Пусть вы недовольны собою, но для других вы велики и прекрасны!
 

 
За сценой – обрывок вальса (mix).
 

 
ТРЕПЛЕВ. Извините, мне некогда... (Смеется.) Я пройдусь. (Уходит.)
СОРИН (Портрету.). Поймать ерша или окуня – это такое блаженство!
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА. Двадцать восемь!
 

 
За сценой – обрывок вальса (mix). Входит Треплев с чайкой в руке.
 

 
ТРЕПЛЕВ (Сорину). Здравствуйте, Петр Николаевич! Что это вы все хвораете?
СОРИН (Треплеву). Вы одни?
ТРЕПЛЕВ. Зачем?
СОРИН. Что с вами?
ТРЕПЛЕВ. Я имел подлость убить сегодня Константина Гавриловича. Кладу его у ваших ног. (Бросает к ногам Сорина чайку. Чайке.) Прощайте, Константин Гаврилыч. Никто не думал и не гадал, что из вас, Костя, выйдет настоящий писатель.
СОРИН (чайке). И красивый стал. Милый, Костя, хороший, будьте поласковее с моей Машенькой!..
ТРЕПЛЕВ (Сорину). Костя играет.
СОРИН. Знаю.
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА. Пойдет и перед завтраком две рюмочки пропустит.
 

 
За сценой – обрывок вальса (mix).
 

 
СОРИН. Я пройдусь.
 

 
Сорин уходит.
 

 
ТРЕПЛЕВ (прислушиваясь). Тсс... Я пойду. Прощайте.
 

 
Треплев собирается уйти. Навстречу ему выходит Сорин. За сценой – покашливание.
 

 
ТРЕПЛЕВ. Странно. Дверь как будто не заперта... (Сорину.) Что это значит?
СОРИН. Помните, вы подстрелили чайку?
ТРЕПЛЕВ. Скоро таким же образом я убью себя.
 

 
За сценой слышен стук молотка.
 

 
СОРИН. Позвольте, но разве вдохновение и самый процесс творчества не дают вам высоких, счастливых минут?
ТРЕПЛЕВ. Когда хвалят, приятно, а когда бранят, то потом два дня чувствуешь себя не в духе. Отчего вы всегда ходите в черном?
СОРИН. Я – чайка.
ТРЕПЛЕВ (растерянно.). Зачем он так говорит, зачем он так говорит?
СОРИН. Ваш заказ.
ТРЕПЛЕВ. О, как это ужасно!..
СОРИН (Портрету, указывая на Треплева). Он скучает без человека... (Треплеву). Что же ты сердишься?
 

 
За сценой – стук молотка, кашель, обрывки вальса (mix).
 

 
ТРЕПЛЕВ. Довольно! Занавес! Подавай занавес! (Топнув ногой.) Занавес! Виноват! Я выпустил из вида, что писать пьесы и играть на сцене могут только львы, орлы и куропатки. Холодно, холодно, холодно. Пусто, пусто, пусто. Страшно, страшно, страшно. (Пауза.)
 

 
За сценой – тишина.
 

 
СОРИН. Не правда ли, странная пьеса?
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА. Это, должно быть, в моей походной аптечке что-нибудь лопнуло. Уведите отсюда куда-нибудь Ирину Николаевну.
 

 
За сценой – звуки самисэна.
 

 
ТРЕПЛЕВ (садясь за стол, закрывает лицо руками.). Даже в глазах потемнело...
 

 
Занавес.
 
 

 
ЧАСТЬ 2
 

 
Та же самая комната. Сорин сидит в кресле, в руках у него игральные карты. Портрет Чехова также держит в руках игральные карты. Треплев сидит за столом, на котором ничего нет, кроме деревянных бочонков лото. За сценой слышится выстрел.
 

 
ТРЕПЛЕВ (прислушиваясь). Что такое?
СОРИН (глядя в карты). Одиннадцать!
ТРЕПЛЕВ (умоляюще). Дядечка! Дядя, ты опять!
СОРИН. Кто-то идет.
 

 
За сценой слышится выстрел.
 

 
СОРИН. Тридцать четыре!
ТРЕПЛЕВ (громко рыдает). Выбросьте меня, выбросьте, я больше не могу!
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА. Двадцать шесть!
СОРИН (Портрету). Не ваше дело.
 

 
За сценой слышны два выстрела подряд.
 

 
ТРЕПЛЕВ. Что это значит?
СОРИН. Может быть птица какая-нибудь... вроде цапли. Или филин...
ТРЕПЛЕВ (Сорину). Я вас не узнаю.
СОРИН. Хорошо-с, так и запишем.
ТРЕПЛЕВ. Эва! У меня уже прошло.
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА. Жениться вам нужно, мой друг.
СОРИН. Так и запишем.
 

 
За сценой два выстрела подряд.
 

 
ТРЕПЛЕВ. Это что?
СОРИН (Портрету). Ровно пятьдесят?
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА. Семьдесят семь!
СОРИН (кричит). Гоп-гоп!
ТРЕПЛЕВ. Что за шутки?
 

 
Занавес.
 
 

 
ЧАСТЬ 3
 

 
Та же комната. Никого и ничего нет, кроме Портрета Чехова. За сценой, как фон, шум моря и крики чаек.
 

 
ПОРТРЕТ ЧЕХОВА (чуть ускоренной магнитофонной записью). Человечество идет вперед, совершенствуя свои силы. Все, что недосягаемо для него теперь, наказывается ограничением свободы на срок до десяти лет с лишением права помогать всеми силами тем, кто ищет хищение предметов, имеющих особую ценность. У нас, в России, работают пока очень не многие. Громадное большинство той интеллигенции, какую я знаю, в целях использования органов или тканей потерпевшего, к труду пока не способно. Называют себя беременными женщинами, а прислуге говорят “ты”, с мужиками обращаются из корыстных побуждений или по найму, серьезного ничего не читают, о науках только говорят, наказываются лишением свободы на срок до пяти лет. Рабочие с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, едят отвратительно, спят без подушек, везде клопы, смрад, сырость, нравственная нечистота... Заведомо ложное сообщение об акте терроризма у нас для того только, чтобы отвести глаза себе и другим. Укажите мне, где у нас ясли, о которых говорят так много и часто, где читальни? Незаконное помещение в психиатрический стационар – есть только грязь, пошлость, азиатчина... Я боюсь и не люблю очень серьезных физиономий, боюсь серьезных разговоров в отношении заведомо несовершеннолетнего либо двух или более лиц. Знаете, я встаю в пятом часу утра, работаю в крупном размере, ну, у меня постоянно незаконный оборот сильнодействующих или ядовитых веществ в целях сбыта. Надо только начать делать что-нибудь, чтобы понять, как мало наказывается штрафом в размере от пятидесяти до ста минимальных размеров оплаты труда. Торговля несовершеннолетними иной раз, когда не спится, наказывается лишением свободы порядочных людей группой лиц по предварительному сговору, я думаю. Господи, ты дал нам Уголовный Кодекс, необъятные поля с 1 января 1997 г., глубочайшие преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности, и, живя тут, мы сами должны бы деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, работать, помогать всеми силами тем, кто ищет истину. Громадное большинство той интеллигенции, какую я знаю, ничего не ищет, ничего не делает, а прислуге говорят “ты”. Я боюсь и не люблю строгие лица с обманным использованием документов или средств таможенной идентификации либо сопряженное с недекларированием или недостоверным декларированием. Перемещение через таможенную границу Российской Федерации серьезных физиономий, предусмотренных этими статьями, а так же статьями 209, 221, 226 и 229 настоящего Кодекса – о них только в романах пишут, на деле же их нет совсем. Лучше помолчим!
 

 
Занавес.
 
 

 
ЧАСТЬ 4
 

 
Та же комната. На сцене Треплев. Из-за кулис слышен меланхолический вальс. Треплев без единого звука – только с помощью мимики (как в немом синематографе; между прочим, манера его игры, макияж, взяты именно из немого кино) выражая всю сложность этого процесса, – с револьвером в руке мечется туда-сюда, пытаясь застрелиться. Он пробует все возможные способы самострела – дуло в рот, к виску, к сердцу, - мучается, но так и не решается. Освещение делает сцену, обстановку черно-белой, киношной. Занавес опускается “на полуслове” всего этого.
 

 
Занавес.
 
 

 
ЧАСТЬ 5
 

 
Та же самая комната. На лицевой стене отсутствует афиша “ЧАЙКА” и портрет Чехова. На месте портрета плакат с изображением чайки в разрезе (наглядно показана пищеварительная система птицы, сердечно-сосудистая и т.д.) с подписью: ТЕЛО ЧАЙКИ В РАЗРЕЗЕ.

 
За столом сидят Сорин и Треплев. Треплев то и дело подходит к плакату на стене с линейкой и циркулем и замеряет тело нарисованной чайки. Затем он идет к столу, садится, отмечает что-то в тетради, берет печатный лист и пишет на нем: ЧАЙКА № 22. Затем этот печатный лист он передает Сорину, который, сидя в черных очках и перчатках, предварительно сверяясь с тетрадью, в которой Треплев фиксирует замеры, ножницами вырезает из этого листа силуэт чайки, который затем бросает на пол, где уже лежит двадцать один бумажный силуэт (бесформенные бумажные обрезки Сорин собирает отдельно, чтобы они не падали на пол и не смешивались с силуэтами чаек, и бросает их в урну).
Из-за кулис слышен перебор струн самисэна и плач японской флейты. Персонажи работают не спеша, сосредоточенно, как дзен-буддисты во время медитации.

 

 
Занавес