БИБЛИОТЕКА СОВРЕМЕННОЙ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

сто первый километр
русской литературы



Главная > Драматургия > Виталий Витальев

Виталий Витальев


Иудейские львы

 

текст опубликован:

майские чтения #5

Притча из жизни Соломона.

 

Действующие лица:

Авраам.
Моисей.
Соломон.

Сцена представляет переулок древнееврейского городка. Из разных кулис навстречу выходят Авраам и Моисей. Увидев друг друга расплываются в широчайших улыбках и жмут друг другу руки, не отпуская их во время приветственного разговора.  
 
Авраам. Добрый день, Моисей.
Моисей. Добрый день, Авраам.
Авраам. Как тебе сегодняшняя проповедь нашего нового равви?
Моисей. Чудесно. Он просто волшебник. После его слов я еще больше убедился в истинности всего сказанного в Торе.
Авраам. Да он искусный проповедник. Готов поклясться домом моего деда, не пройдет и года, как все будут готовы отдавать Богу не десятую часть своего дохода, а половину.
Моисей. Да благословит Яхве его и его имущество.
Авраам. Ну, мне пора, рад был встрече с тобой.
Моисей. Пора и мне, а так не хочется с тобой расставаться.


Пытается освободить руку.

Моисей. Дорогой Авраам отпусти, пожалуйста, мою руку.
Авраам. Рад бы, да не могу, я ее даже не чувствую.
Моисей. Странно я тоже не чувствую свою руку. Что это такое?
Авраам. Даже не знаю, что и подумать.
Моисей. Если бы мы жили в Африке, я бы просто подумал, что у нас с тобой грязные руки, но так как мы живем в Палестине остается только одно - эта кара Господня.
Авраам. Но за, что, я честный иудей.
Моисей. Значит перед очами Господа, ты не чист. Что ты делал сегодня этой рукой?
Авраам. Ничего, сегодня же шаббат.
Моисей. Постарайся вспомнить, если мы узнаем, из-за чего Яхве прогневался, ты покаешься, и мы разойдемся с миром.
Авраам. (раздраженно) Да ничего я не делал.
Моисей. Лучше думай.
Авраам. Мацу ел.
Моисей. Нет не то, не мог же ты прогневать Господа тем, что поддерживал свою жизнь для служения ему.
Авраам. Конечно, не мог.
Моисей. Еще думай.
Авраам. А чего думать, ты считаешь, что я не правоверный?
Моисей. Не знаю. Господу виднее.
Авраам. (с сомнением) Вообще-то было кое-что.
Моисей. Что?
Авраам. Мне неудобно говорить об этом.
Моисей. А мне неудобно стоять здесь и сжимать твою потную руку.
Авраам. Вряд ли Господу это интересно - это дело личного характера.
Моисей. Господу все интересно. Давай быстрей рассказывай, что ты там наделал, кайся, и пойдем каждый по своим делам.
Авраам. В общем, понимаешь, моя жена на этой неделе нечиста…
Моисей. Ну.
Авраам. Я целую неделю не входил к ней и …
Моисей. О-о-о, неужели ты сделал это в день шаббата?
Авраам. Я думал, раз Господь устроил так, что мне пришлось обходиться целую неделю без жены, то он и не против.
Моисей. Глупец, он проверял тебя.
Авраам. Да? А я думал…
Моисей. Он думал. Если бы я знал, какой ты грешник никогда не подал бы тебе руки. Ну ладно, давай быстрей кайся и разойдемся.
Авраам. (глядя в потолок) Господи я каюсь.


Пытаются освободить руки, но у них по-прежнему ничего не выходит.

Авраам. (снова глядя в потолок) Господи, честное слово каюсь.

 
Повторяют свои попытки освободить руки, но также безуспешно.

Моисей. Странно раньше это срабатывало. А ты точно ничего больше сегодня не делал?
Авраам. Этой рукой нет.
Моисей. Тогда почему Господь тебя не прощает?
Авраам. Откуда мне знать, он не дает мне комментариев по поводу своих решений.
Моисей. Может быть, ты был недостаточно искренен?
Авраам. (раздраженно) По твоему мне нравиться стоять здесь и делиться самым сокровенным.
Моисей. (в тон Аврааму) Можно подумать мне хочется, не мог один день подождать, а у меня по твоей милости сегодня сделка не состоится, я два месяца уговаривал Исаака продать мне своих верблюдов, потом два месяца уступить мне полдинара, и вот теперь он не дождется меня и продаст их кому-нибудь другому.
Авраам. Ну, так пошли к нему вместе.
Моисей. Еще чего, объяснять ему, почему мы не можем ходить порознь, чтобы потом весь город надо мной смеялся.
Авраам. Ну и оставайся без верблюдов.
Моисей. Ну, уж нет, я не намерен упускать свое из-за тебя.
Авраам. (ехидно) И что ты сделаешь?
Моисей. Сейчас мы пойдем в храм, там тебе отрубят руку я заверну ее в тряпку и буду ждать, когда она отсохнет и отвалится.
Авраам. Это еще почему? Нет никуда мы не пойдем.
Моисей. Как это почему, разве в Торе не сказано, что следует отрубить ту часть тела, которой грешник работал в шаббат.
Авраам. Да разве я работал?
Моисей. В храме разберутся, работал ты или нет.
Авраам. Чего тут разбираться, не работал я и баста.
Моисей. Вот, а теперь еще и ругаешься.
Авраам. А ты мне зла желаешь.
Моисей. Почему, я требую справедливого наказания.
Авраам. Ничего себе справедливое, за пару минут невинного удовольствия лишить правоверного иудея руки.
Моисей. Да где ж ты правоверный? Скорее твой осел сын Божий, чем ты правоверный.
Авраам. Ты моего осла в эти дела не впутывай он здесь ни при чем.
Моисей. Собственно тебе и не руку надо рубить, но так оно вернее и хватит об этом пошли.
Авраам. Нет, ты как хочешь, а я не пойду. Побойся Бога, за такую ерунду руку рубить.
Моисей. Ты знаешь, сколько я потеряю, если сделка сегодня не состоится?
Авраам. Полдинара.
Моисей. Неужели тебя не впечатляет эта сумма?
Авраам. Честно говоря, нет. Да я, собственно, и не уверен, что эта только меня касается. Откуда мне знать, может ты тоже сегодня согрешил?
Моисей. Я? С чего это ты взял?
Авраам. А с чего ты взял, что я согрешил.
Моисей. Ты же сам, только, что сказал.
Авраам. Ну и ты скажи.
Моисей. Мне нечего говорить.
Авраам. Покайся.
Моисей. Нет, вижу так нам с тобой не договориться. Надо звать мудрейшего из мудрейших - царя Соломона.
Авраам. (решительно) Зови.
Моисей. (кричит повернувшись к левой кулисе) Царь Соломон.

 
Из-за правой кулисы выходит царь Соломон.


Моисей. Царь Соломон.
Соломон. Я тот, кого зовут царь Соломон.
Моисей. (вздрагивая оборачивается) А вы уже здесь. У нас собственно вот какое дело.
Соломон. Я все знаю.
Моисей. (сильно удивляясь) Уже.
Соломон. Я случайно подслушал ваш разговор, но перед Яхве я чист.
Авраам. Так рассудите нас.
Соломон. Что вам сказать, оба вы хороши. Не знаю, чем вы прогневили Господа, но дело ваше швах, раз Господь не принял ваши покаяния ходить вам так до конца дней.
Моисей. Но это же смешно. Давайте отрубим ему руку.
Соломон. А ты уверен, что и на тебе нет греха.


Моисей мнется.


Соломон. Разве ты не рассчитывал получить сегодня прибыль?
Моисей. В общем да.
Соломон. Вот видишь. А разве держать в руках деньги не труд? И ведь наверняка ты не собирался уплатить господу с этой сделки.
Моисей. Ваша правда.
Соломон. Так куда нам идти?
Моисей. (опустив голову) Некуда.
Авраам. Как же нам быть?
Соломон. (теребя бороду) Есть у меня одно решение, но оно не разлучит вас, я могу только отвести от вас подозрения.
Моисей. Мы согласны.
Авраам. Да. Раз больше ничего не остается.
Соломон. Встаньте предо мной.  


Авраам и Моисей с готовностью встают перед Соломоном. Тот величаво подходит к ним и усаживается на сцепленные руки.


Соломон. (важно) Пусть все думают, что вы стали моими носильщиками.
Авраам. (глядя на Моисея) Гениально.
Моисей. Воистину вы мудрец из мудрецов.
Соломон. Во дворец.


Авраам и Моисей, подражая лошадям, увозят мудреца во дворец.


Голос Яхве. Ну, Соломон, ну хитрец, знает ведь, что в день шаббата, я не принимаю покаяния. Но сделать с ним я ничего не могу, нравится он мне.  

Занавес.