БИБЛИОТЕКА СОВРЕМЕННОЙ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

сто первый километр
русской литературы



Главная > Драматургия > Виталий Витальев

Виталий Витальев


Господа слуги

 

 

 

Фарс для блошиного театра на тему незыблемости государственных устоев


Действующие лица:

Муж
Жена
Слуги 
Служанка


Примечание: всех слуг в количестве трех должен играть один актер, но выглядеть все они должны по-разному, первый слуга — лысый в очках с роговой оправой, второй — с зачесанными назад волосами, третий — с обильной порослью над губой.

Сцена I
На сцене кромешная тьма, слышно только чье-то мерное посапывание, изредка переходящее в неразборчивый храп. Во время одной из таких рулад, начинается возня, после чего зажигается свет ночного светильника, с трудом освещающего малое пространство возле большого семейного ложа. На этом небольшом, освещенном участке взору становится доступна фигура Мужа, только что принявшая сидячее положение. Оказывая невероятное мужество в борьбе со сном, фигура пытается нащупать на полу ногами тапки. Неожиданно из неосвещенного пространства появляется Слуга 1, подобострастно протягивая искомое главе, как ему самому кажется, дома.

Муж. (отпрянув в испуге) А-а-а.

Пауза

Муж. (уверенней, совладав с собой) Кто вы такой и что вы здесь делаете?
Слуга 1. Служу. Я ваш слуга.
Муж. Какой еще слуга. У нас нет и никогда не было слуг, нам это не по средствам.
Слуга 1. Ну я, конечно, не совсем еще слуга, и не совсем ваш, я имею желание стать слугой. Слугой народа, так сказать его доверительным лицом и представителем перед государственным аппаратом, а вы, в некотором смысле, являясь человеком по всем показателям отвечающим критериям среднестатистической единицы социума, и олицетворяете в своем лице весь, так сказать, народ.
Муж. Бред какой-то, какое еще доверительное лицо, и почему именно посреди ночи вам понадобилось служить нам?
Слуга 1. Раньше освободиться не было никакой возможности, вы уж простите, но у нас, ваших слуг, такой плотный график, сутки расписаны буквально по минутам. Поэтому я, как только освободился сразу же к вам. Еще раз простите, пожалуйста.
Муж. Но почему нельзя было подождать до утра?
Слуга 1. Видели те, дело в том, что на данный момент, рынок оказания услуг народу, претерпевает бурное развитие, и как следствие большое количество кандидатур предлагающих себя в качестве служителей на благо общества, а также высокая степень конкуренции между отдельными работниками данной отрасли.
Муж. И вы примчались к нам в пять утра, чтобы поведать об этом?
Слуга 1. Нет, вы не совсем вошли в курс дела, я прибыл к вам так рано, чтобы опередить конкурентов.
Муж. (подозрительно) Каких это еще конкурентов?

Ответом на его вопрос раздается грохот падающей посуды, со стороны кухни.

Муж. Что это?
Слуга 1. (сквозь зубы) А вот и конкуренты подтягиваться начали. (Мужу) Сходить узнать кто таков?
Муж. Да, если это вас не сильно затруднит.
Слуга 1. Ну что вы, буду безмерно счастлив послужить в деле отстаивания ваших интересов. (склонившись к уху Мужа) Только прошу вас не забыть, что я первый прибыл к вам.
Муж. Хорошо, хорошо, не забуду. 

Слуга 1 ставит тапочки перед Мужем и спешно удаляется.

Муж. (вдогонку, стараясь не разбудить Жену) И захватите мне сока. Апельсинового.
Слуга 1. (из темноты) Всенепременно.
Муж. (передразнивая Слугу 1) Постарайтесь не забыть. Забудешь тут такое. Вламывается под утро в квартиру и просит, чтобы я об этом почаще вспоминал. (пауза) Тоже мне слуга, ни тебе здрасте, ни тебе пожалуйте. А будь он женщиной, чтобы я сказал своей Жене. (пауза) Постарайтесь не забыть, ведь еще наглости хватает просить такое. А тут и еще один появляется. Нет, сейчас этот придет скажу, чтобы вытолкал его взашей.

Появляется Слуга 1. Протягивает стакан с соком.

Слуга 1. Все узнал. Это конкурент мой, так себе кандидатурка, молодой, готовит вам завтрак, думает накормит вас, так все доверие ему, а у самого ни опыта работы, ни какой мало-мальски вразумительной платформы.
Муж. Вот значит как. Ну так вышвырните его. 
Слуга 1. То есть как вышвырните. Не могу. Имеет полное право. 
Муж. Какое еще право, я у себя дома, и я вам приказываю вышвырните этого проходимца за дверь.
Слуга 1. Не могу. Мы с ним перед вами обладаем одинаковыми правами, вышвырнув его, я буду вынужден отправиться за ним, и потом это не конструктивный подход к решению данного вопроса. На вас, как на представителя народных масс, сейчас возлагается огромная ответственность, сделать свой исторический выбор, в этом и состоит ваша миссия. А из кого вы будете, извиняюсь, делать выбор если всех, вот так запросто, будете вышвыривать за дверь? (склонившись к уху) К тому же я располагаю сведениями относительно его связей.
Муж. И что?
Слуга 1. Я бы не советовал вам с ним связываться. Но если вы окажете мне свое доверие тогда другое дело.
Муж. (заговорщически) Какое.
Слуга 1. Тогда можно.
Муж. Мне надо подумать.
Слуга 1. (приняв прежнюю позицию) Конечно, конечно, это ваше святое право, и прошу заметить, что я совершенно не оказываю на вас никакого давления и не склоняю к принятию какого-либо решения, все происходит исключительно в, установленных высшими инстанциями, рамках. Ведь мы призваны служить для блага масс, а стало быть и вам, и тут нельзя допустить ни малейшей несправедливости по отношению к отдельно взятому служителю, это было бы грубейшим нарушением установленных норм и повлекло бы за собой самые непредсказуемые последствия.
Муж. Не могли бы вы говорить чуточку потише, Жену разбудите, а я, признаться, еще не придумал, как ей все это объяснить.
Слуга 1. А вам и не придется ничего объяснять. Обо всем расскажут наши поступки.
Муж. Вот их-то я и не знаю как объяснить. (делает глоток из чашки) Что это такое?
Слуга 1. Кофе.
Муж. Почему кофе, я же сок просил, апельсиновый.
Слуга 1. Я подумал утро, вам надо взбодриться…
Муж. Да кто вас просил думать-то, я просил вас сок мне принести, апельсиновый, а не думать.
Слуга 1. Прошу прощения, но я хотел как лучше…
Муж. Как лучше он хотел, если хочешь сделать как лучше, делай, что тебе говорят, а не думай.
Слуга 1. Абсолютно справедливое замечание.
Муж. Ну так принесите мне сок. Живо. И чтоб непременно апельсиновый.
Слуга 1. Уже бегу. (поспешно удаляется)
Муж. Ничего доверить нельзя, а все туда же, служить лезут.
Жена. Да что ты там все бормочешь, спи давай.
Муж. Да, золотце, уже сплю.

Выключает ночник, слышится легкая возня, которая постепенно смолкает, но тут же начинает звонить будильник. Все повторяется в обратном порядке и вот уже Муж снова сидит сонный на кровати и смотрит в пол.

Муж. Тишина. Может, приснилось? 

Из темноты выныривает Слуга 1, протягивает Мужу чашку.

Слуга 1. (заискивающе) Ваш сок. Апельсиновый. Сам из бананов отжимал.
Муж. (берет чашку и, нахмурив брови, глядит в нее, после чего говорит, срываясь на крик) Почему без трубочки?

Сцена II
Гостиная. Посередине круглый стол, позади серванты, этажерки, стеллажи с, дивной по своей красоте, коллекцией плесени. Вокруг стола напряженно ходит Жена, поминутно останавливаясь и беззвучно произнося гневную речь, по всему видно, что ей есть о чем поговорить с Мужем. На заднем плане Слуга 1 в фартучке беззаботно вытирает пыль специальным веником. Входит Муж.

Жена. Наконец-то.

Идет к нему, желая помочь снять пальто. Слуга 1 опережает ее, и, взяв пальто, с победоносным видом удаляется.

Жена. Мне нужно с тобой поговорить.
Муж. (глядя в зеркало, поправляет челку) Я весь во внимании, золотце.
Жена. Кто эти люди.
Муж. Как кто, слуги. Разве они тебе ничего не сказали?
Жена. Сказали, но я решила, ты их надоумил, что отвечать.
Муж. Золотце мое, мы столько лет вместе, неужели ты считаешь, что я додумался бы до такого. 
Жена. Но зачем они здесь.
Муж. Служить, конечно же. Мы с тобой полноправные члены общества и вполне заслуживаем с его стороны внимательного отношения к себе, это так же естественно, как и то, что мы муж и жена.
Жена. Я не могу так. Они не дают мне ничего делать, всюду суют свой нос. Я даже не могу сама себе сварить кофе.
Муж. Ну, это же прекрасно, знай себе, отдыхай.
Жена. Но они ничего не умеют делать. Тот, что на кухне приготовил завтрак, так от него отказалась даже соседская кошка.
Муж. Ты же знаешь, какие эти кошки привереды.
Жена. Тот, что в фартуке, вытирал пыль и разбил любимую бабушкину вазу. Что я теперь скажу ее духу, на следующем спиритическом сеансе.
Муж. Скажи, что хотела отправить вазу ей.
Жена. У тебя на все есть отговорки. А чем ты собираешься с ними расплачиваться?
Муж. Ничем. Это все бесплатно.

Входит Слуга 1.

Слуга 1. На кухне интересуются, когда вы будете ужинать.
Муж. Сейчас. И пусть подадут сюда.
Слуга 1. Хорошо. Могу я задать вам один вопрос?
Муж. Задавайте.
Слуга 1. Как вам ваш новый повар? На мой взгляд, он полный дилетант. То, что он готовит совершенно не пригодно для приема внутрь, разве только для украшения клумбы. После его завтрака лично я, не при даме будет сказано, в туалете перечитал всю прессу за месяц.
Муж. (глядя на Жену) Откровенно сказать мы тоже не в восторге от него, но что поделаешь, вы же сами говорили, что он имеет полное право.
Слуга 1. Вы только не поймите меня превратно. Я не в коей мере не желал бы опорочить действия своего коллеги, но я, как представитель ваших, а, впрочем, и всего прочего народа, интересов, не могу видеть ваших страданий от его непрофессионализма. Поэтому я возьму на себя смелость предложить вам воспользоваться услугами моего личного шеф-повара, большого знатока кавказской и закавказской кухни, а также прекрасного предсказателя по внутренностям рождественской индейки.
Муж. Даже не знаю. А тот, что на кухне, он не обидеться?
Слуга 1. А мы ему ничего и не скажем, действительно, зачем его огорчать. Я лишь хотел бы обратить ваше внимание, что я совершенно не навязываю вам свою точку зрения, а лишь выступаю с определенным предложением, призванным отстаивать ваши права на достойное питание.
Муж. Ну, ладно, мы согласны, только вы должны пообещать нам, что это не будет оскорбительно для вашего коллеги, не хотелось бы огорчать человека. Наверняка он очень старается.
Слуга 1. Обещаю. 
Жена. И как вы это сделаете?
Слуга 1. Я, то есть я, конечно же, хотел сказать, вы, предложите ему моего личного шеф-повара в качестве помощника. Разумеется, вы не должны говорить ему о том, что это мой личный шеф-повар, ведь это наведет его на определенные мысли, неправильно истолковывающие ситуацию, скажите ему, например, что он ваш дальний родственник или партнер по бриджу. А уж мой-то личный шеф-повар и в качестве помощника о-го-го.
Муж. А вы ловкач.
Слуга 1. (смущенно) Ну почему же сразу ловкач. Опытный человек. Мне, признаться, не хотелось, чтобы у вас сложилось обо мне мнение, как о пронырливом и изворотливом жулике. Ведь все мои помыслы, опираясь на исполинский опыт, преследуют только одну цель — повышение вашего благосостояния.
Муж. Что ж, цель, действительно, благородная. 
Слуга 1. Так я пойду, вызову шеф-повара?
Муж. Идите.

Слуга 1 ретиво удаляется.

Сцена III

Муж. А он ничего. Думаю стоит остановить выбор на нем.
Жена. Не знаю, он такой самоуверенный. Что если все это лишь попытка завоевать наше доверие?
Муж. И, что же в этом плохого, зато какой рационализм, какое здравомыслие. Если хочешь знать мое мнение — лучше его нам не найти.
Жена. Но мы же еще не видели остальных.
Муж. А зачем, он один способен заменить их всех.

В гостиную входит Слуга 2, тот, что взялся за стряпню. Он гораздо моложе первого Слуги и ведет себя не так уверенно.

Слуга 2. Простите, я просил узнать моего коллегу, можно ли подавать на стол, но он куда-то вышел и я решил сам у вас спросить.
Муж. Ах, да. Знаете мы только что узнали, что к нам приезжает дальний родственник, прекрасный знаток кавказской и закавказской кухонь, так кажется, и мы подумали было бы неплохо если он станет вашим помощником.
Слуга 2. Простите, вам, что не нравится, как я готовлю.
Жена. Да нет же, очень нравится.
Муж. Да, мы в восторге от ваших кулинарных шедевров, вот и наш дальний родственник, как только узнал, кто теперь готовит нам, сразу вызвался быть вашим помощником.
Жена. Понимаете, мы не могли ему отказать. Надеемся, вы не будете против?
Слуга 2. Да я в общем-то не против, вы извините меня, но для меня очень важно ваше… э-э…
Муж. Благосостояние.
Слуга 2. Да, именно оно. Для меня не существует высшей ценности, чем… (поднимает глаза на потолок, пытаясь вспомнить текст) 
Жена. Наше благо.
Слуга 2. Вот, вот. Поэтому я прошу простить меня за мою неуверенность.
Муж. Ничего, ничего, мы все понимаем.

Разворачивается, собираясь уйти, но тут же с решимостью поворачивается обратно.

Слуга 2. Могу я спросить вас кое о чем?
Муж. Да, конечно.
Слуга 2. Днем я слышал, как, что-то разбилось.
Жена. Да, это была любимая бабушкина ваза.
Слуга 2. И она разбилась по вине моего коллеги?
Жена. К сожалению, да.
Слуга 2. Я, конечно, не хочу показаться бестактным, но по-моему вполне очевидно, что он не справляется со своими обязанностями. Не подумайте, будто я осуждаю его, нет. Я, я только хочу, чтобы вы поняли, для меня, как для вашего покорного слуги, первостепенное значение имеет только… (опять закатывает глаза, в тщетной попытке вспомнить текст) 
Муж. Наше благосостояние?
Слуга 2. Да, именно. И поэтому я буду искренне счастлив предложить вам услуги моей личной горничной. 
Муж. Нам очень лестна ваша забота о нас.
Слуга 2. В конце концов, это мой долг.
Муж. А сами-то вы, как без горничной?
Слуга 2. Ну, это пустяки, другую найму. (осекшись) Временно, конечно, уж больно хорошая горничная.
Жена. (недвусмысленно глядя на него) Вы так внимательны. Нам, право, неудобно обременять вас своими заботами.
Слуга 2. (отвечая взаимностью) Что вы, такие пустяки.
Муж. (уловив их взгляды) Ну, что ж, если вы настаиваете. 
Слуга 2. Да, настаиваю.
Муж. Тогда идите, и ведите свою горничную.
Слуга 2. Уже лечу. (разворачивается и тут же поворачивается назад) Простите, могу просить у вас об одном одолжении?
Муж. Что еще?
Слуга 2. Понимаете… дело в том… я не хотел бы, чтобы мой коллега…
Муж. Хорошо, хорошо, мы скажешь, что она наша приемная дочь.
Слуга 2. Премного благодарен. Я ни в коей мере…
Муж. Идите же, не то я сам возьмусь за уборку.
Слуга 2. Да, то есть нет, не надо, я уже ушел.

Покидает счастливое, некогда, семейство.

Муж. Чего это ты ему тут глазки строила?
Жена. Я? И не думала даже. 
Муж. Ты из меня идиота-то не делай. Все равно ему не тягаться с первым.
Жена. Он, конечно, не такой опытный, но у него чувствуется такой огромный потенциал слуги.
Муж. Вздор. Какой такой потенциал, он двух слов связать не может. А этот грязный трюк с горничной меня просто возмутил.
Жена. Чем же он грязнее трюка с поваром.
Муж. Родом занятия, ха-ха-ха. Неужели ты не видишь, своей неопытностью он пытается разжалобить тебя. Уж поверь мне, я мужчина, и знаю, что говорю.
Жена. А я женщина, и, в отличии от тебя, вижу в нем честного, бескорыстного человека, не ищущего сиюминутной выгоды. Как ты мог не заметить искренности в его стремлении угодить нам, в то время как твой холуй, так бесцеремонно навязывал нам свои взгляды.
Муж. Что? Холуй? Да как ты смеешь. Он предложил нам услуги своего личного шеф-повара, прекраснейшего знатока кавказской и закавказской кухонь, а ты так о нем отзываешься. Тебе должно быть стыдно перед ним.
Жена. Эка невидаль шеф-повар, а сам вазу бабушкину разбил, любимую, в то время как другие горничной не пожалели, чтобы впредь не допустить подобного.
Муж. Подумаешь горничная, да после того, что приготовил этот твой «другой», самому можно было передать бабушке вазу. 
Жена. Как ты можешь так говорить, человек старается, готовит, пусть у него не все получается, зато он искренне желает нам приятного аппетита.
Муж. (пытается придумать контраргумент, но так ничего и не придумав кричит) В конце концов, кто здесь главный? (Жена молчит) Ага. Вот то-то и оно. 

Шумно дыша, начинает ходит вокруг стола, что-то бормоча себе под нос и активно жестикулируя руками. Входит Слуга 3, одет он в робу, рукава закатаны по локоть, руки грязные по колена.

Сцена IV

Слуга 3. Ну, все, с ванной покончено.
Муж. (непонимающе) Что значит покончено?
Слуга 3. А то и значит — починил я там все.
Муж. Так там же все в порядке было.
Слуга 3. Сегодня в порядке, а завтра глядишь и течь бы дало.
Муж. Что дало?
Слуга 3. Да, что угодно. Как специалист могу вас заверить, в ванной много чего такого, что может дать течь.
Муж. Но у нас отродясь течей не было. У нас и вода-то через день бывает.
Слуга 3. Что же вы сразу не сказали, у вас наверно в подвале авария.
Жена. А в подвале у нас вода по пояс, зимой и летом.
Слуга 3. По пояс, говорите? Не порядок, по всем нормам должна быть по колено. Налицо грубейшее нарушение режима экономии воды. Вовремя я к вам пришел. У вас я гляжу, тут полный бардак. Ну да ничего, разберемся и все починим. Надо здесь все подробно осмотреть, составить план необходимых работ, график их выполнения, список требуемых материалов.
Муж. И когда все это произойдет?
Слуга 3. Да прям сейчас и начнем, времени у нас мало, а потом и вовсе не будет.

Направляется к стене и, с видом знатока, начинает ее простукивать.

Слуга 3. Да-а, все гораздо хуже, чем я предполагал.
Муж. Что-то не так?
Слуга 3. Да все здесь не так, а стены…
Муж. Что стены?
Слуга 3. Вы к ним прислонялись?
Муж. Нет.
Слуга 3. И не прислоняйтесь, они у вас совсем ветхие, в любой момент могут рухнуть (достает блокнот начинает записывать). 
Жена. И в подвале все почините?
Слуга 3. Подвал не моя сфера влияния, а вот штраф за бесхозяйственность, пожалуй, выпишу. Так, стены записал, теперь пол. 

Начинает с силой топать по полу, проверяя его прочность. В ответ, с нижнего этажа, раздается стук.

Слуга 3. Эхо, значит, внизу пустоты, значит, есть риск провала пола. Ничего — забетонируем. (делает в блокноте соответствующие отметки) Теперь крыша. (смотрит на потолок) Ну с этой всегда не все в порядке, даже смотреть не стоит. Что ж, примерный план работ я набросал, по мере обнаружения дефектов будем вносить их в список и далее по программе. 
Жена. Может быть, желаете чаю?
Слуга 3. Благодарю, некогда нам чаи распивать. Вот дом ваш отремонтируем, если успеем, конечно, тогда и попьем чаю. А сейчас позвольте мне приступить к работе.
Муж. Конечно, не смеем вас задерживать.
Слуга 3. Да, что еще хотел сказать-то, (смотрит в блокнот) для меня ведь не существует лучшей награды, чем слезы счастья в глазах тех, кому я служу. Вы меня простите я не мастер говорить речи.
Муж. Нет, что вы, вы очень красиво сейчас сказали.
Слуга 3. Правда? 
Муж. Правда.
Слуга 3. Это хорошо, когда люди говорят правду, люблю я таких людей. Вот и вы мне сразу понравились. А теперь извините, пора идти. Дела. 

Направляется к двери. Взявшись за ручку оборачивается.

Слуга 3. Да, чуть не забыл, мочалку вашу я выкинул, уж больно она размочалилась, даже не представляю, как вы вообще ей мылись.

Выходит и хлопает дверью так, что люстра падает на стол. С нижнего этажа начинают отчаянно колотить в потолок.

Сцена V

Муж. Ух ты, глядикась, что делается, дом и вправду рушится. Видать действительно большой специалист, как сказал, так оно и есть.
Жена. А главное вовремя как пришел, вот, что значит профессиональное чутье.
Муж. Теперь бы только успеть ему ремонт закончить, не ровен час стены начнут рушится.
Жена. Живем, как на пороховой бочке. А я то, дура, на той неделе, помнишь как чихала, ведь каждый чих мог стать роковым.
Муж. Чудом уцелели. Ты только теперь, когда чихать надумаешь на улицу беги, сама понимаешь, с этим лучше не шутить.
Жена. Не уж то я враг нам. Понимаю. 

Далее их речь принимает ярко выраженный агитационный характер.

Муж. И ведь, что удивительно, я в ванную через день хожу, когда там вода есть, и никогда ничего странного не замечал, а ему стоило раз только зайти, так он сразу все недостатки обнаружил, и тут же их устранил.
Жена. А взять, к примеру, мочалку, сколько раз я терлась ей…
Муж. И я терся.
Жена. Никогда не обращала внимание на то, что она чересчур размочалена. А ему достаточно было одного только взгляда, чтобы выявить в ней этот дефект. Просто невероятно.
Муж. Поразительно. Когда раньше я ронял на пол книгу или там сухарик и слышал глухой стук в пол, я полагал, что это наши соседи с нижнего этажа, тем самым проявляют свое недовольство по поводу моей неаккуратности. Но теперь-то я вполне определенно знаю, что никаких соседей там нет, и никогда не было, виной всему пустоты, образовавшиеся у нас в полу, поскольку дом уже старый. 
Жена. И, что самое ужасное, в любой момент они могут явиться причиной провала нашего пола.
Муж. А не далее, как вчера я намеревался повесить на стену фотографию любимой таксы, имевшую неосторожность завязаться в узел во время игры со своим хвостом и утратившую способность к дыханию, без которого, как известно, продолжение жизни невозможно. Но теперь-то я не поступлю так опрометчиво, поскольку знаю, что этим я могу вызвать обвал обветшалых стен, после чего данная жилплощадь придет в полную непригодность.
Жена. А я, в свою очередь, с этого момента перестану изводить своего Мужа, просьбой прибить к стене крючок, дабы иметь возможность вешать на него свой халатик.
Муж. (возвращаясь к нормальной речи) Ты это серьезно?
Жена. Ну разумеется.
Муж. Что ж, думаю не ошибусь, если скажу, что лучшей кандидатуры нам не найти.

Сцена VI 

Входит Слуга 1.

Слуга 1. Ну, все в порядке, привел я своего шеф-повара, теперь за свои пищеварительные аппараты можете не переживать. И коллегу моего что-то не видно, неужели осознал тщетность своих усилий?
Жена. А он вышел, ненадолго.
Муж. Да, отпросился и вышел. Ему очень надо было.
Слуга 1. А, что это у вас люстра на столе делает, надеюсь, это не попытка по-новому сервировать стол.
Муж. Нет, что вы, просто упала, от старости.
Слуга 1. Да? А мне показалось, что это новые веяния. Вы ведь, знаете, от этих молодых всего можно ожидать. Для них ведь не существует никаких авторитетов. Многовековой опыт и знания их предшественников для них пустое место. Скажу вам откровенно, я их иногда даже побаиваюсь. Только не подумайте, что я трепещу перед ними, нет. Меня пугает не их напор и настойчивость и даже не их вольнодумство, скорее этот страх, как предостережение, как инстинкт оберегающий меня и тех, о ком я забочусь, от их необдуманных решений. Ну разве можно, скажите на милость, отвергать, то, что так заботливо складывалось нашими предками в копилку опыта, аксиома за аксиомой, постулат за постулатом. Неужели зря наши деды и наши прадеды придумывали все эти правила этикета, парики и фалды для фрака. Ведь для чего-то это было нужно. Конечно, все отрицать это самый простой путь, но нельзя же опускаться до примитива. Нельзя вековые ценности заменять исписанными писсуарами и поношенными фетровыми костюмами. Где во всем этом смысл? 
Муж. Вы нас спрашиваете?
Слуга 1. Да.
Муж. Не знаем.
Слуга 1. Конечно, не знаете, как вы можете это знать, если в этом вообще нету смысла. Вы уж простите мне мою чрезмерную эмоциональность, но я категорически не приемлю всю эту современную отсебятину. А вы что думаете по этому поводу?
Муж. Определенный смысл в этом, конечно же, есть. 
Жена. А я с вами полностью согласна, молодежь сейчас совсем перестала старших уважать. Все сплошь грубияны и хамы.
Муж. И еще бездельники.
Жена. Да. 
Слуга 1. И не забывайте про неуважительное отношение к дамам. (галантно целует Жене ручку) Разве встретите вы среди них джентльменов. Быть внимательным с женщиной для них также унизительно, как пасти свиней.
Жена. (кокетливо) Ах, вы меня смущаете.
Слуга 1. А девушки, разве в наше время мы назвали бы их девушками?
Муж. Вы нас спрашиваете? 
Слуга 1. Да.
Муж. Право, не знаю, а что с ними случилось? Простите мы были на юге, возможно, что-то пропустили.
Слуга 1. Вы видели, как они одеваются?
Муж. Ах, это. Действительно ужасно.
Слуга 1. И это будущие матери. Кого они воспитают, так одеваясь? 
Муж. Кого?
Слуга 1. Да никого, естественно.
Муж. То есть, как это никого?
Слуга 1. Да вот так, никого.
Муж. Но ведь кого-то же они должны воспитать?
Слуга 1. В том-то и дело, что никого они воспитать не смогут.
Муж. А-а-а.
Жена. Неужели все так ужасно?
Слуга 1. Да. Но есть способ это исправить.
Муж. И что же это за способ?
Слуга 1. Надо вернуть, втоптанным в грязь, идеалам прошлого былое величие. То, что боготворили наши деды и… и их жены, должно стать для молодых духовным символом избавления от распущенности и разнузданности. Наряду с этим, необходимо избавить общество от всей этой мерзости, что толкает его к пропасти. Лучше отсечь больной орган, чем допустить гибель всего организма. Разумеется, потребуется человек, способный взяться за выполнение этой непростой задачи. Он должен иметь четкое представление о том, каким должно быть общество и обладать всеми качествами для претворения своих замыслов в жизнь.
Муж. Да, но где же взять такого человека?
Слуга 1. Он перед вами. Вам, конечно, может показаться, что я чересчур самоуверен, но я действую так исходя из сложившихся обстоятельств. Ситуация требует немедленного и решительного вмешательства, иначе все может закончиться катастрофой. Сегодня вам повезло, люстра упала от старости, а уже завтра к вам могут прийти эти, с новым мышлением, и предложат надеть вам эту люстру на голову. 
Муж. Что, прямо на голову?
Слуга 1. О-о, вы их не знаете, от них всего можно ожидать.
Муж. Но тогда надо торопится.
Слуга 1. Ну, на самом деле у нас еще есть в запасе пару недель. 
Жена. А мне он… то есть они показались нормальными людьми.
Слуга 1. Не думайте, что они сейчас станут показывать свою истинную натуру. Главное вы должны помнить то, что я вам сейчас сказал, и не доверяться красивым обещаниям моих коллег. 
Муж. Ну, мы не какие-нибудь простаки.
Слуга 1. Не забывайте, наше будущее в ваших руках.
Муж. Обязательно будем помнить.
Слуга 1. Тогда вы тут пока прибирайтесь, а я пойду на кухню прослежу за поваром. Если хочешь, чтобы дело было сделано хорошо — проследи за его исполнением лично. Эту аксиому я вывел сам, на основе своего исполинского опыта (выходит).

Сцена VII 

Муж. Дело принимает серьезный оборот. Не хотел бы я ходить с люстрой на голове.
Жена. С корзиной ходил же.
Муж. Это была не корзина, а сомбреро, и это было в молодости. Сейчас я стал гораздо мудрее и в корне пересмотрел эти взгляды.
Жена. Я рада, что ты, наконец, признал свои ошибки, но почему мы должны здесь наводить порядок?
Муж. Какая ты все-таки эгоистка, не видишь, человек занят, для нас, между прочим, старается.
Жена. Но это его обязанность.
Муж. Не может же он быть в двух местах одновременно. (пытается убрать люстру со стола) Не стой истуканом, помоги лучше.
Жена. Еще чего. Делать чью-то работу? И не подумаю даже.
Муж. Своим неразумным поведением ты ставишь под угрозу нашу вечернюю трапезу. 
Жена. Зачем вообще нужны эти слуги, если нам все приходиться делать самим?
Муж. Если бы их не было, сейчас пришлось бы еще и ужин готовить.
Жена. Ну да, а так нам нужно только люстру убрать (c явным неудовольствием начинает помогать Мужу).

Сцена VIII 

Входит Слуга 2. Одет он элегантнее, чем в предыдущее свое появление, в руках у него пышный букет цветов, позади него плетется старая-престарая служанка.

Слуга 2. Не помешал?
Муж. (дернувшись, как преступник, застуканный на месте преступления) Что? А, это вы. Весьма кстати. Тут для вас работа есть. 
Слуга 2. Работа? Превосходно. Работа облагораживает человека, я так считаю. Но сперва разрешите мне, в знак моего его глубочайшего почтения, преподнести вашей Жене этот восхитительный букет. (преподносит Жене букет, сопроводив его пылким поцелуем руки)
Жена. Ну, что вы. (нюхает цветы) Наверно ужасно дорогой?
Слуга 2. Как и все, что должно вас окружать.
Жена. О, вы так галантны. (Мужу, с упреком) А ты мне никогда не дарил таких красивых цветов.
Муж. Букет действительно шикарный, но не пора ли вам, юноша, приняться за работу?
Слуга 2. Ах, работа, конечно. (поворачивается к Служанке и резким тоном начинает отдавать ей команды) Ты слышала, что сказали господа, живо принимайся за работу. 

Старушка семенит к столу и начинает суетиться вокруг люстры.

Слуга 2. Эта прислуга совершенно не понимает, когда говоришь с ней по хорошему. Все время приходиться говорить повышенным тоном. Вы не поверите, я был вынужден даже брать уроки вокала, чтобы укрепить голосовые связки, иначе просто можно потерять голос. 
Жена. Значит, вы еще и поете?
Слуга 2. Время от времени. Иной раз так накричишься, что не можешь рот открыть зубы почистить, какой уж там петь.
Жена. (кокетливо) А для нас вы споете?
Слуга 2. Я бы с радостью, но сегодня был такой трудный день.
Жена. Ну, мы вас просим.
Муж. На меня не рассчитывай.
Слуга 2. Даже не знаю. Решившись на этот безумный шаг, я рискую остаться без голоса. 
Жена. Я вас очень прошу. Вы не представляете, как я обожаю пение.
Слуга 2. Лишиться голоса ради вас, разве мог мечтать я о подобном счастье. 
Муж. (c сарказмом) Неужто не мечтал?

Служанке, наконец, удалось сдвинуть люстру. Та с грохотом падает на пол.

Слуга 2. (истошно) Что ты делаешь, старая корова. Неужели так трудно было придержать эту чертову рухлядь. Быстро бери ее и убирайся отсюда. (Жене, с прежним достоинством) Простите, великодушно. Сегодня ей пришлось разгружать три машины с картошкой, которую я вам завез.
Жена. Право, к чему такие хлопоты? Не стоило беспокоиться.
Слуга 2. Пустяки. Вы даже не представляете, на что я способен ради блага тех, кому я призван служить.
Муж. (подозрительно) Например, украсить наш стол люстрой?
Слуга 2. (весело) А почему бы и нет? Ведь это же так необычно, так современно. 
Жена. Вы это серьезно?
Слуга 2. Конечно. 
Жена. Но зачем? Неужели этот стол и без того не хорош.
Слуга 2. Да почему же не хорош, хорош, еще как хорош, признаюсь, я даже завидую вам, что у вас есть такой замечательный стол, но что случится страшного, если мы его, для разнообразия, украсим люстрой. 
Муж. Но ведь в приличных домах это не принято.
Слуга 2. И что? 
Муж. Как что? Столько лет человечество использует стол в едином, неизменном и привычном для всех нас виде, который сформировался на основе длительных наблюдений и неустанных мыслей человека о еде, и тут появляетесь вы и предлагаете венчать его люстрой, тем самым, нарушая вековые традиции. Что традиции, все труды наших предков по усовершенствованию и улучшению функциональности стола вы перечеркиваете одним этим своим нелепым предложением.
Слуга 2. (смущенно, начиная осознавать собственную ошибку) Что же в нем нелепого? Хотя если подумать — предложение действительно нелепое.
Муж. Ах, подумать, так значит, сначала вы не подумали? 
Слуга 2. Признаю, не подумал.
Муж. И как часто вы сначала говорите, а потом думаете?
Слуга 2. Совсем не часто, очень даже редко, а, по правде сказать, сегодня первый раз.
Муж. Хорошо еще, что ваш коллега предупредил нас об этом вашем современном видении. 
Слуга 2. Какой коллега?
Муж. Я же говорю ваш коллега. Прям, как в воду глядел.
Слуга 2. Так вот оно в чем дело. Извините, но я вынужден откланяться, дело невероятной важности (стремительно выбегает).

Сцена IX

Муж. Смотри, как помчался, видать дело действительно важное.
Жена. Зачем ты так с ним, он же еще молодой, неопытный.
Муж. Вот именно, что неопытный, а туда же (смотрит на Жену). А тебе люстра, пожалуй, пошла бы. Шучу, шучу.
Жена. А ведь он нам так и не спел.
Муж. Зато от люстры помог избавиться, с этим не поспоришь.
Жена. И картошки привез.
Муж. В принципе он неплохой парень. Есть в нем, что-то такое, что подкупает.
Жена. (не слушая Мужа) Три машины картошки, нам ведь ее на пару лет хватит.
Муж. (не слушая Жену) Костюм? Нет. Вполне обычный костюм. Я мужика в автобусе в таком же видел.
Жена. Я знаю рецепты тридцати трех блюд из картошки и секрет маски из картофельных очистков. 
Муж. Может быть голос? Сейчас я начинаю припоминать, что у него какой-то необычный тембр.
Жена. Еще можно делать пирожки с картошкой. А у молодого картофеля с маслицем или сметаной, посыпанного свежей зеленью, совершенно изумительный вкус.
Муж. Голос и взгляд. Иногда взгляд может сказать гораздо больше, чем голос.
Жена. Кроме того, из него можно получать крахмал, без которого невозможно накрахмалить воротничок рубашки.
Муж. Был у меня приятель, работали вместе. Немой от рождения. Но у него был такой красноречивый взгляд, что ему и говорить-то незачем было.
Жена. А еще из крахмала делают патоку. В детстве я ее очень любила. Могла съесть целый килограмм или даже два, а потом врач удалил мне много зубов и сказал, что теперь я могу есть патоку хоть по три килограмма за раз, но, почему-то, мне больше не хотелось ее есть.
Муж. Бывало, посмотрит вот так, красноречиво, аж взгляд отводишь, потому как сил смотреть ему в глаза, не было вовсе.
Жена. Тогда я стала есть картошку, обжаренную в масле. Все вокруг мне твердили, что при варке картофель сохраняет гораздо больше витамина С, но я продолжала есть обжаренный, потому что такой он мне больше нравился.
Муж. Но однажды, на службе, я зашел в лифт и нажал кнопку нужного мне этажа, и тут он бежит, а я не вижу его. В общем весь не успел он, только голову просунул как двери закрылись и лифт поехал, ну ему голову и отрезало. И вот лежит его голова и смотрит прямо на меня. Впервые я не стал отводить глаза, а решил узнать, о чем мне скажет его взгляд. Смотрю и чувствую, как он говорит мне: «Пятый, пожалуйста». Доехали мы до пятого, я ему выйти помог. С тех пор я его не видел больше, наверно уволился. Очень красноречивый взгляд.
Жена. Со временем я стала замечать, что у меня пожелтела кожа, волосы перестали блестеть и быть шелковистыми, а изо рта стало пахнуть гуталином. Врач сказал мне, что это из-за нехватки витамина С. С тех пор я ем только вареную картошку, она, конечно, не такая вкусная, как обжаренная в масле, зато теперь моя кожа белая, волосы блестящие и шелковистые, а вот изо рта все равно пахнет гуталином. Врач говорит, чтобы я перестала есть гуталин. Хотя какая тут может быть связь?

Сцена X

Входит Слуга 1. Он чем-то напуган и постоянно озирается по сторонам.

Слуга 1. А чего это молодой разбегался, да еще и гадости всякие про меня кричит?
Муж. А их молодых разве поймешь. Стояли мы тут с ним, разговаривали, вдруг он как сорвется, дело, говорит важное, неотложное и выбежал.
Слуга 1. (хихикая) Не иначе от своей же стряпни пострадал. Нам, ветеранам, и то несладко пришлось, а уж их неокрепшим организмам куда против наших. Только я то тут причем?
Жена. Действительно, а причем тут вы?
Муж. Зло сорвать хочет.
Слуга 1. Молодости свойственна горячность. 
Муж. Я бы даже сказал ветреность какая-то.
Слуга 1. Но хорошо бы только это.
Муж. Что вы имеете ввиду?
Слуга 1. Я взял на себя смелость провести на кухне ревизию, сами понимаете в хозяйстве должен быть порядок и учет. И обнаружил в углу, за холодильником, три машины картошки.
Жена. Так это наш повар завез ее, специально для нас. 
Слуга 1. Простите, я еще не закончил. Буквально час назад я получил сигнал, что сегодня утром из дома престарелых в неизвестном направлении было вывезено три машины, груженных, чем бы вы думали? Картошкой. Вам это ни о чем не говорит?
Муж. А о чем нам должно это говорить?
Жена. Старики останутся без картошки?
Слуга 1. Ну, неужели вы не наблюдаете связи?
Муж. Какой такой связи?
Слуга 1. Между теми тремя машинами с картошкой, из дома престарелых, и той, что у вас на кухне.
Муж. А какая между ними может быть связь?
Слуга 1. Как это какая. Там три машины и тут три машины.
Муж. Да это просто совпадение.
Слуга 1. Хотелось бы верить.
Муж. Но как картошка из дома престарелых могла попасть к нам на кухню? Ничего не пони-маю.
Слуга 1. А вы не догадываетесь? Скажите, кто привез вам эту картошку?
Муж. Как кто? Коллега ваш, он сам об этом говорил.
Слуга 1. Вот видите?
Муж. Погодите. Вы хотите сказать, что это он взял картошку у стариков и привез ее нам. Но зачем ему это надо?
Слуга 1. Как зачем, чтобы произвести на вас впечатление. Неужели не понятно?
Жена. А какие у вас есть доказательства?
Слуга 1. Вам мало того, что я сказал?
Жена. Это все косвенные улики, основанные на ваших домыслах.
Слуга 1. Пожалуйста, есть и не косвенные. Сегодня днем водитель одной из трех машин, на которых перевозили картошку, в одном местном баре расплатился мешком картошки. 
Муж. Это могла быть его собственная картошка. С огорода, например.
Слуга 1. Собственной картошкой в баре не расплачиваются, надеюсь, это не надо доказывать. И потом, на мешке стояла печать дома престарелых.
Муж. Ну дела. 
Жена. Вы говорите, печать стояла на мешке, но на картошке ведь ее не было?
Муж. Да.
Слуга 1. Достаточно и этой печати. Против него уже возбуждено уголовное дело.
Жена. Значит, и против вашего коллеги возбудят?
Слуга 1. Нет, против него улик нет. Да и статус его не позволяет этого.
Жена. Тогда почему вы обвиняете его?
Слуга 1. Потому что совершенно очевидно, что он к этому причастен. 
Жена. А я вам не верю.
Слуга 1. Дело ваше, мое дело предостеречь.

В этот момент совсем рядом раздается крик Слуги 2: «Где этот кляузник? Пусть он только попадется мне». Слуга 1 начинает метаться по комнате. 

Слуга 1. Простите, но я должен идти. Срочно вызывают на совещание (выпрыгивает в окно).

Сцена XI

Муж. Что скажешь?
Жена. Насчет чего?
Муж. Ну, насчет картошки.
Жена. За холодильником ей не место. Надо под раковину переложить.
Муж. Правильно. За холодильником тепло, начнет прорастать. Но под раковину тоже нельзя. 
Жена. Почему?
Муж. Золотце, неужели ты забыла? Это место мы решили оставить свободным на всякий непредвиденный случай. 
Жена. Да, ты прав. Погоди, но разве это не тот случай?
Муж. Не думаю. Вдруг еще что-то произойдет и нам понадобиться пространство под раковиной, а оно ужу будет занято. 
Жена. Об этом я не подумала. Но тогда куда ее переложить.
Муж. Может быть под стол?

Сцена XII

Вбегает взволнованный Слуга 3.

Слуга 3. Мне срочно требуется ваша помощь.
Муж. Чья именно? Не могли бы вы выражаться яснее.
Слуга 3. А кто из вас сильнее?
Муж. (растерянно) Не знаю. Наверно я.
Слуга 3. Тогда ваша.
Жена. А в чем собственно дело. 
Слуга 3. Решил я осмотреть крышу. Я знал, что с ней почти наверняка не все в порядке, с крышами всегда так, но какое-то смутное предчувствие не давало мне покоя. Поднялся я наверх и то, что я там увидел, превзошло все мои самые страшные опасения. Крыша у вас совсем прохудилась. Удивительно, как ее вообще до сих пор не унесло. Мы с вами, как можно быстрее должны привести ее в порядок, иначе все, что здесь находится, будет погребено под обломками.
Муж. Превосходно. Вот идите и почините ее.
Слуга 3. Одному мне не справится.
Муж. Возьмите кого-нибудь из своих коллег, причем здесь я?
Слуга 3. Боюсь, что это невозможно. Один из них выпрыгнул в окно и сломал ногу, я его с чердака видел. 
Муж. Есть еще один.
Слуга 3. Он, как только увидел это убежал куда-то.
Муж. Вот всегда так, когда нужен кто-нибудь, у него обязательно какие-то дела появляются.
Слуга 3. В конце-концов, это ради вашего же собственного блага.
Муж. Да знаю, но почему я сам должен туда лезть?
Слуга 3. Больше некому. 
Муж. Хорошо, идемте, но учтите, что это в последний раз. (Жене) Золотце, я скоро вернусь. (Выходят)

Сцена XIII

Жена. (оставшись одна) Как же я устала. (садится на стул) Как бы я хотела оказаться сейчас на каком-нибудь почти необитаемом острове. И чтобы там обитала только я и еще один-два экстравагантных метиса с длинными, волнистыми волосами, как у соседского коккер-спаниеля. 

Сверху начинают доноситься звуки, информирующие о начале строительных работ на крыше. Время от времени при сильных ударах с потолка сыпется побелка.

Кожа, чтобы была у них бронзового цвета, а на груди росли маленькие, черненькие волосики. Я бы сидела в шезлонге на берегу бескрайней равнины океана, или нет, я бы лежала в гамаке, на-тянутом между двумя пальмами, и думала о чем-нибудь возвышенном. Легкий бриз развевал бы мои волосы, а ненавязчивый шелест волн наполнял мою душу всеобъемлющим умиротворением. Жаркое тропическое солнце слой за слоем покрывало мои руки и ноги греческим загаром. Мои метисы, в своих сильных руках, преподносили мне половинки кокосовых орехов, наполненных божественным нектаром, а я, отложив вязание, кокетливо обмахивалась веером из листьев смоковницы. Тут же несколько, не входящих в число жителей острова, гринго играли что-нибудь латиноамериканское, сопровождая свою виртуозную игру зажигательным танцем. Позади них команда специально приглашенных японских пиротехников запускала в небо, поражающие своим разнообразием и великолепием, фейерверки. По безупречно синей поверхности океана скользили прогулочные катера, на бортах которых люди наслаждались бы прекрасным видом береговой линии острова. По небу пролетали аэропланы, вырисовывая дымом причудливые фигуры. Нет. Что я несу. Все не так. Этот шум сведет меня с ума. 

В комнату тихо, оставаясь незамеченным, входит Слуга 2. Он на цыпочках подкрадывается к Жене и закрывает ей глаза.

Слуга 2. Угадайте кто?
Жена. Перестаньте.
Слуга 2. Прям и пошутить нельзя (убирает руки).
Жена. Вдруг мой Муж вас увидит.
Слуга 2. Не увидит. Они там на крыше пилят, строгают.
Жена. Между прочим, там должны быть вы.
Слуга 2. Тогда кто был бы с вами?
Жена. Можно подумать некому.
Слуга 2. Пожалуйста, могу пойти заменить его.
Жена. Нет, стойте, останьтесь.
Слуга 2. Да я и не собирался идти.
Жена. Вы билет принесли?
Слуга 2. Как договаривались. (достает билет, протягивает Жене, но тут же отдергивает руку) А как насчет вашей части договора.
Жена. Он почти уже согласился со мной, но этот старый пень вашей картошкой, чуть было все не испортил. Но вроде бы обошлось.
Слуга 2. Так вроде бы? Или все-таки обошлось.
Жена. Обошлось.
Слуга 2. А тот, что наверху?
Жена. А что он. Починит все, скажем ему спасибо и до свидания.
Слуга 2. (протягивает билет) Надеюсь, вы меня не обманываете. Сказать по правде я устал от лжи.

К этому моменту, при ударах на крыше, с потолка начинает сыпаться уже не только побелка, но и прочий строительный материал. А после последней реплики, потолок, сопровождаемый воплем: «Ни шагу назад», обрушивается на сцену, превращая все описанное выше в ничего не значащий вымысел.

Занавес.