БИБЛИОТЕКА СОВРЕМЕННОЙ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

сто первый километр
русской литературы



Главная > Графит

Валерий Черешня


Стихи

текст опубликован:

графит #1

 

ВЕТРЕНЫЙ ДЕНЬ

Лужа от окрика ветра
мелкими ртами смеётся,
илистые её недра
бесстыдно белеют.
                        Рвётся
плоть полотнища флага,
туго хлопает тканью.
Глаза пустая фляга
рада полниться дрянью
мимолетящей – любою.
И не беда, что слезится,
только б расстаться с собою,
с тем, что к гибели мчится,
ветра прикинувшись воем.


ЮЖНАЯ НОЧЬ

Такая тёплая и плотная,
сторуким Шивою танцующим,
густою тьмою полноводною,
вакханкой, всей собой целующей,
над степью, запахом умаянной,
над морем, зыбью околдованном,
ты встала чёрною проталиной
во льду Вселенной, Богом взломанном.

Так чёрным по степи намазано,
накатывает море в рвении,
как будто вслух ещё не сказано
ни глупости, ни откровения;
так вечность, кутаясь в мгновение,
дрожит на грани понимания,
что холодок исчезновения –
другая сторона слияния.
 


МОЛИТВА

Не оставь меня в робости
перед немощью, немостью,
наклонившимся к пропасти
в позаброшенной местности.

Здесь ни смысла, ни дерева,
ни глотка, ни объятия…
Взяв от облика зверева
люди разум утратили.

Не оставь в неприкаянье
духоты тела тесного,
где на шёпот раскаянья
только эхо ответствует.

Сохрани мне умение
быть и небом, и глиною,
а не то – дай терпение
и забвенье звериное.


ИЗ ОКНА ПОЕЗДА

 

«и я мог бы…»
А.С.Пушкин

 

Река, изба и луг,
вдали – заката ложе,
застыла лошадь вдруг,
мальчонка поднял вожжи,
и снова лес вокруг.

И я бы, может, тоже…

 

ОСТАТОК

Если выбросить всё, что же будет в остатке?
Все привязанности и страхи, все сорные стебли
красоты и ума, на которые падки…
Заползти в глухие бессловесные дебри,
где земля так покорно смерзается зимой,
так податливо раскисает осенью,
как в подполье, таится под асфальтовой тьмой
и рожает бездумно – топчут ли, косят ли…
Этой слабости научиться – стать слабым вдвойне,
взгляд, как руку ребячью тянуть, куда тянется,
всякий раз обжигаясь на том же огне,
радуясь этим ожогам и ссадинам.
 


***


Это место ушедшей любви,
ничего торжествующий зоб,
храм забвенья на бывшей крови
и гнездо неразобранных злоб.

Вкось тебя дуновеньем снесёт, –
за кровинку заката держись.
Варвар Время в пустыне пасёт
замечательно гулкую жизнь.

Преврати её в бубен, в тамтам,
в жаркий танец её преврати,
пни её и услышишь, что там –
ничего, кроме эха пути,

кроме грохота ржавых цепей,
норовивших тебя удавить,
кроме птички, сказавшей: «пи-ить»,
и добавившей тут же: «не-пей».

СОЛНЕЧНЫЙ ДЕНЬ

Солнечный день – удар силуэта в стену.
В силу этого сплющенный в тень,
молчаливую, быстро бегущую
по ребристым камням. Сущую.

Солнечный день. Птица
до предела расперив крылья
мелкотенью чиркает лица
быстрой пылью.

Одинокое дерево пишет
ветвеносную скоропись. Это
потому, что над ним пышет
несмываемой ясностью света

ослепительно синий свиток,
раскаленный до блеска блесны.
Вот сейчас понимания слиток
отольется из голубизны…

Солнечный день. Ты
в состоянье тупой немоты.
На границе света и тьмы –
ты.